Когда японцы узнают, что близкие называют Машу Голомидову «Муся», они удивляются: «муся» по-японски — «воин, боец». Неустрашимая Муся бродит на рассвете в поисках «того самого снимка», может полночи проговорить за жизнь с бомжем, который, растрогавшись, готов угостить ее баночкой кофе на свои последние сто иен.
- Японские дети Машу обожают и ходят за ней по пятам, посетители знаменитого района крошечных баров Номбэй-ёкотё в Токио называют ее «Номбэй ёкотё мадонна» и специально приходят посмотреть на нее и пообщаться в тот единственный день в неделю, когда она подрабатывает в «Амулете» с его старыми фотографиями музыкантов 60-х–70-х годов. Один известный российский министр после двухчасовой экскурсии по вечернему Токио с Марией признался, что благодаря ей полюбил Японию.
- Маша любит людей, и, может быть, поэтому снятые ею портреты живы и естественны.
- Она является официальным фотографом международных джазовых фестивалей, проводимых в Токио и на Окинаве. Ее работы можно увидеть в японских музыкальных журналах.
-
Макото Кобаяси
Весь текст читайте в UAM № 49, который сейчас находится на борту самолетов авиакомпании «Уральские авиалинии»
